Google translation

Летний лагерь «Йога в Саянах» стоит в нехоженом месте. С севера, востока и юга территория ограничена полукольцом гор, за одним из перевалов которого расположено Мертвое озеро, получившее свое название оттого, что в нем не водится рыба. С запада – крутым обрывом и горной речушкой, берущей начало здесь же, из родников. Высота - 1780 метров над уровнем моря. Туристические маршруты здесь не пролегают. Нами были обнаружены старое кострище и немного полуобожженных консервных банок. Мы решили, что это следы охотников. Даже за травами сюда не ходят, очень далеко от поселка.

Проводник Виталик доходил из поселка в лагерь за 6 часов. Ну, а мы, йоги, установили в этом году рекорды, как по скоростному, так и по сверхдлительному четырнадцатичасовому подъему. Этот четырнадцатичасовой подъем задержал выход нашей группы, которая должна была идти на следующий день, и мы вкушали прелести йоговской жизни ровно на сутки меньше.

Как живет лагерь? Хозяйка Лагеря Лея строго соблюдает распорядок. За несколько минут до начала занятий слышатся ее шаги, которые иногда они воспринимаются как шаги Командора, и голос: «Занятия через столько-то минут». Она обходит все палатки и идет заниматься на свое место. Выходить или не выходить на занятия – личное дело каждого.

Режим лагеря таков:

с 5 до 7 утра – пранаяма, мудры, комплекс Сурья Намаскар (Приветствие Солнцу), медитация;
с 12 до 14 дня – пранаяма, мудры, комплекс асан, медитация;
с 17 до 19 вечера – пранаяма, мудры, комплекс цигун «Парящий журавль», медитация;
с 23 до 01 ночи - пранаяма, мудры, медитация.

Еду готовят дежурные. Так сложилось, что кашу варили два раза в день вместо означенных четырех: утром есть не хочется. Каша на воде, без соли и приправ, по желанию можно добавить растительного (был выбор: подсолнечное рафинированное и нерафинированное) масла. К каше были «витаминные» добавки из дикой петрушки и универсального овоща – ревеня. Из него получались баклажаны, кабачки, виноградные листья (как в долме) и т. д. и т. п. Еще из него же варили компот «из персиков». Обед и ужин украшали кулинарные фантазии йогов и «танцующие» бурундуки. Рядом с кухней проживало целое семейство бурундуков, они очень забавные, конечно, но, по сути, все же - грызуны и вредители! Прогрызли Лее палатку.

От такой диеты, а, скорее всего, не только от нее, а по совокупности причин на второй-третий день началась «чистка» организма со всеми ее прелестями. Порой одолевала такая слабость, что на трехметровую горку взбирались с тремя остановками. Зато суставы гнулись замечательно!

Мылись мы в «ванной». Ванна – это небольшой водоем с родниковой водой, в который взрослый человек погружается полностью только лежа.

Палатки стоят довольно далеко друг от друга. В какие-то дни мы встречались с жителями других палаток не раньше обеда, хотя во время занятий друг друга все видели.

Рельеф и погодные условия в лагере – самые разнообразные. Несмотря на то, что лагерь расположен на стыке зоны лесов и альпийских лугов, под ногами была далеко не лужайка. Почва покрыта разными видами мха, включая ягель, черникой, брусникой и зарослями карликовых берез ростом примерно по колено. Из-за уклона вода не застаивается, сходит очень быстро, но по причине этого же уклона плоские места для занятий были «дефицитом». Погода при нас менялась от обжигающего солнца до грозы с градом. Хотя были и приятные деньки для занятий, когда дождя нет, но все небо затянуто пеленой облаков. Честно говоря, мне теперь уже кажется, что во время занятий дождь особенно не досаждал. Досаждали кровососущие насекомые, особенно вначале, пока я к ним еще не привыкла.

В чем же суть лагеря? В этом уединенном месте высоко в горах разрежен не только воздух, но, я думаю, и поле мысли. Отсутствуют внешние раздражители, такие как телевизор, телефон, работа, соседи. Бытовые заботы минимальные: вымыться, постирать белье, высушить одежду, спальник, во время дежурства накормить собратьев. Все. Главная задача жизни в этот период – занятия йогой. В таких условиях при желании можно увидеть все, что тебе мешает заниматься и, по большому счету, жить. Увидеть себя в истинном свете – это большая духовная работа. Каждый, кто приехал в лагерь не менее чем на 12 дней, имеет шанс перейти на следующую ступень в своем развитии.

Конечно же, каждый привезет из лагеря свои выводы, свой опыт.

О своем опыте могу сказать, что второй раз в жизни я наглядно увидела, как йога меняет тело вплоть до костей, и что впервые в жизни я досконально разобралась с техникой выполнения пранаямы. В первое время выполнять дыхательные упражнения было очень тяжело, задержки стали совсем короткими. И - о, ужас и позор - я поняла, что неправильно выполняю полное дыхание, основу всех дыхательных техник. В какой-то момент на вдохе что-то перекрывалось и возникало напряжение в горле… Признаюсь, что полное йоговское дыхание я не любила. Я прекрасно понимаю, что если возникает чувство дискомфорта, значит, упражнение выполняется неправильно. Почему я дома не обращала на это внимание? А здесь четыре раза в день понимать, что я не дышу, а халтурю, стало слишком тяжело. Поневоле пришлось вникнуть и исправиться.

Также для меня был очень важен момент принятия обстоятельств жизни в лагере. Я чувствовала, как сопротивляюсь всему: и палящему солнцу во время асан, и грозе, и ливню, и мошке, и своей слабости. Как я пойду назад, если по лагерю еле ноги волочу? Почему нельзя пользоваться репеллентами? Вообще-то я не сторонница химии (в смысле борьбы с насекомыми), но здесь - как шлея под хвост попала. Лицо, измученное не столько укусами, сколько бесконечными потираниями руками, возопило. И я, нарушая правило, побрызгала накомарник, сквозь ячейки которого пробирались мелкие мошки. Мошек не стало, но я чуть не задохнулась от запаха, страха и мук совести. Уползла в палатку и стала думать. В этом кристально-чистом воздухе да в очищенном теле вся бытовая химия действует как яд. Если я боюсь мошек, я могу не выходить из палатки и нести ответственность за свои невыполненные обязательства, но вредить окружающей среде я права не имею. От сделанного морального выбора стало легче, я заснула.

Во время следующего занятия лил проливной дождь. Я была в непромокаемых штанах, но сидела в «лотосе», и дождь заливался прямо в штанины. Кроме того, туристический коврик, на котором я сидела, промялся подо мной, вокруг образовалась лужа. Когда позу «лотос» нужно было сменить, я зачерпнула штаниной прямо из этой лужицы. Промокли даже трусы. Очень быстро промелькнула мысль о том, что на случай, если дождь не прекратится, у меня есть еще комплект одежды и плащ, а дальше будет видно. Стало легко и радостно. Во время выполнения одного из упражнений сердце, сначала бившееся учащенно, стало замедлять свои удары, стук все реже, вот, кажется, совсем остановилось. Поднимающаяся снизу энергия взрывается в сердечной чакре, наполняя жаром, радостью и какими-то искорками все тело. В следующем упражнении я чувствую тоненькую струйку энергии, бегущую уже из сердечной чакры вверх. Струйка поднимается все выше, позвоночник вытягивается, мне кажется, что я расту, и длится это бесконечно…

Мне казалось, что я не засну в эту ночь. Я была переполнена благодарностью за этот лагерь, за дарованную возможность идти вперед. Я благодарила Жизнь, Школу Йоги, Хозяина места и всех, кто принимал участие в организации лагеря.

После этого перелома стало легко. Я вспомнила слова Учителя о том, что регулярное выполнение йоговского комплекса воспитывают привычку преодолевать трудности. В последний день жизни в лагере я обратилась к Хозяину места и почувствовала его ответ. Это воспоминание мне тоже очень дорого.

Сейчас, вернувшись в город, я испытываю настоятельную потребность в ежедневных занятиях. Еще я очень хочу, чтобы в Москве или где-то поблизости работал бы постоянно действующий йоговский ашрам.

В следующем году, возможно, лагерь передвинется ближе к камням, подальше от насекомых. А может быть, и нет. Надо будет просто запастись хорошей москитной сеткой.

Книга отзывов